слим лифт
Дуглас Коупленд. Нормальных семей не бывает.
Во сне ты увидела пусть к спасению
и преисполнилась радости
Дженни Холзер
1
Дженет открыла глаза — за мотельным окном первобытным блеском сияла Флорида. Залаяла собака, прогудел автомобиль, мужской голос пропел куплет из испанской песни. Дженет рассеянно дотронулась до шрама от пули под левым ребром, неровно зарубцевавшегося, выпуклого слим лифт твердого, как кусок жвачки, прилепленный под крышкой стола. Она не ожидала, что все сведется к такому простецкому рубцу. А чего я ждала — что шрам будет звездно-полосатый?
Внезапно кровь прилила к ее лицу. А детки-то мои — где? Она произвела скоропалительный переучет приблизительного местонахождения троих своих детей — ритуал, который совершала ежедневно с тех пор, как в 1958 году родился Уэйд. И только мысленно поместив всех своих отпрысков в их географические лунки, она завершила начатый вдох. Ведь сегодня они приедут сюда, в Орландо.
Дженет взглянула на стоявшие рядом с мотельной койкой часы: 7.03 утра. Пилюльное время. Она взяла две капсулы из специальной коробочки слим лифт проглотила, запив налитой еще вчера вечером из-под крана водой, выдохшейся слим лифт теперь отдающей металлом, как мелкие монетки. То, что в мотельных комнатах теперь стояли кофеварки, произвело на нее впечатление. Здравая мысль, чертовски здравая, — почему они сто лет назад этого не сделали? Почему все хорошее случается только теперь?
Пару дней назад ее дочь Сара сказала ей по телефону:
— Мам, ты хоть минералки купи. В этих развалюхах из-под крана разве что помои не текут. Просто непостижимо, что ты решила там остановиться.
— Но, дорогая, здесь не так уж слим лифт плохо.
— Приехала бы в «Пибоди», пожила с семьей. Я же тысячу раз говорила, что за все заплачу.
— Не в том дело, дорогая. Просто гостиница не должна стоить больше, чем эта.
— Мам, у НАСА специальные скидки в гостиницах...— Сара шумно выдохнула, признавая свое поражение: — Ладно, сдаюсь. Но не настолько уж ты бедная, чтобы прикидываться нищенкой из третьего мира.
Сара — были бы деньги, слим лифт остальное приложится! — точно такая же, как те двое. Бедность их не коснулась, война — тоже, но разве можно сказать про них, что это золото, слим лифт не дети, слим лифт Дженет никак не могла примириться с этим фактом. Благополучная жизнь превратила двух ее мальчиков во что угодно, только не в золото. В свинец? Силикон? Висмут? А вот Сара, Сара была почище золота — уголь, из которого выкристаллизовался алмаз, застывшая молния, разрезанная на яркие ленты слим лифт спрятанная в сейф.
Рядом с Дженет зазвонил телефон, слим лифт она сняла трубку. Это был Уэйд, слим лифт звонил он из пункта предварительного заключения в Орландо.
Дженет представила себе Уэйда в унылом бетонном коридоре, небритого слим лифт встрепанного, но излучающего все тот же «блеск» — искорку в глазах, унаследованную от отца. У Брайана ее не было, Саре она была не нужна, но Уэйд с блеском скользил по жизни, хотя, вполне вероятно, это было не лучшее качество, которое он мог унаследовать.
Уэйд. Дженет вспомнила, как однажды она ехала утром по Марин-драйв, высматривая мужчин определенного типа, дожидавшихся автобуса, который подбросит их до центра. Такой мужчина должен быть слегка потрепанным слим лифт на вершок не дотягивать до респектабельности; яснее ясного, что права у него отобрали за очередное ДТП, но это только делало его интереснее, слим лифт всякий раз, что Дженет улыбалась таким мужчинам из машины, они моментально опаляли ее ответной улыбкой. Таким был слим лифт Уэйд, таким остался в какой-то незамусоренной извилине памяти ее бывший супруг Тед.
— Дорогой, тебе не кажется, что ты уже слишком взрослый, чтобы звонить из тюрьмы? Даже звучит как-то глупо — «тюрьма».
— Мам, я больше не буду. Просто прокол вышел.
— Ладно, тогда — что случилось? По ошибке завез автобус с малолетками в канаву?
— Понимаешь, поцапались в баре, мам.
— Поцапались в баре,— со вкусом повторила Дженет.
— Знаю, знаю — думаешь, я не понимаю, как по-идиотски это звучит? Звоню, потому что мне нужно смотаться из этого отстойника. А прокатная машина осталась в баре.
— Где Бет? Почему бы ей тебя не подвезти?
— Она прилетит только днем.
— О'кей. Давай-ка все по порядку, дорогой. Как именно цапаются в баре?
— Расскажу — не поверишь.
— Ничего, в последнее время я научилась верить почти чему угодно. Можешь убедиться.
На другом конце провода помолчали.
— Подрался, потому что этот тип — сукин сын — измывался над Господом Богом.
— Над Господом Богом.
Это он шутит.
— Да, измывался.
— Каким образом?
— Грязно так, глупо. Говорит, мол, Бог ваш — просто жопа, никому ни хрена не помогает. И все пер слим лифт пер на рожон, так что пришлось его заткнуть. Кажется, его в тот день с работы турнули.
— Так ты решил вступиться за Господа Бога?
— Да, слим лифт что?
Полегче, полегче, Дженет.
— Уэйд, я знаю, Бет страшно религиозная. Ты что — тоже решил в религию удариться?
— Я? Может быть. Не знаю. Да. Нет. Смотря что ты имеешь в виду под религией. Бет она помогает, слим лифт может...— Уэйд помолчал.— Может, слим лифт я тоже утихомирюсь.
— Так, выходит, ты провел ночь в тюрьме?
— Все путем. Магазинный ворюга, Бубба, весит полтонны, меня всю ночь на ручках баюкал.
— Уэйд, я тебя забрать не смогу. Я сегодня с утра совсем квелая. И потом от машины, которую я взяла, воняет, как от монаха... слим лифт дороги здесь все белые, слим лифт от солнца меня размаривает.
— Мам, ну приезжай...
— Не будь ребенком. Тебе уже пятый десяток пошел. А ты что вытворяешь. Ты даже ке мог приехать вчера вовремя в гостиницу.
— Мне надо было заскочить к одному приятелю в Тампу. По пути остановился выпить. Слушай, я тебе не Брайан. Стал бы я сам в драку лезть, слим лифт потом...
— Все! Хватит. Вызови такси.
— Наличных не густо.
— Даже заплатить за такси? А как же ты в гостинице обходишься?
Уэйд ничего не ответил.
— Уэйд?
— Сара нас выручает, пока мы не выкрутимся.
Снова последовало неловкое молчание.
— Мам, ты могла бы меня забрать, если бы слим лифт вправду захотела. Сама знаешь.
— Да, может, слим лифт могла бы. Но я считаю, что тебе лучше позвонить своему отцу в... ну, как это место называется?
— "Мусипуси"... И вообще, я ему уже звонил.
— И что?
— Он поехал ловить марлиня вместе с Ники.
— Марлиня? Этим еще кто-то занимается?
— Не знаю. Наверно. Я тоже думал, эти рыбины уже повывелись. Нашли, небось, алкаша, который цепляет большого пластикового марлиня им на крючок.
— Марлини такие уродливые. Мне они почему-то напоминают подвальные спортзалы, которые строили в тысяча девятьсот пятьдесят восьмом, слим лифт потом никогда ими не пользовались.
— Знаю. Трудно вообразить, что они вообще когда-то существовали.
— Значит, он поехал ловить марлиня вместе с Ники.
— Ну да. С Ники.
— С этой сраной вонючкой.
— Мам...
— Уэйд, я не святая. Я не первый десяток лет держу это все внутри — мои ровесницы привыкли так поступать, поэтому у них у всех сейчас колит. И потом крепкое словцо очень даже бодрит. Вот вчера только искала в интернете что-нибудь о производных витамина «Д» слим лифт — бац! — попала на сайт об анальном сексе. Представляешь, красавица-студентка в кожаной сбруе, с таким...
— Мам, как тебя вечно заносит на такие сайты?
— Уайд, позволь тебе напомнить, что это ты сейчас стоишь в отстойнике где-то в Орландо, слим лифт при этом тебя почему-то шокируют рассуждения шестидесятипятилетней старухи об интернете. Ты слим лифт представить себе не можешь, на какие сайты меня заносит. И в чаты я тоже наведываюсь. Понимаешь ли, я не всегда остаюсь Дженет Драммонд.
— Мам, зачем ты мне это говоришь?
— Ладно, не бери в голову. А твоя мачеха Ники все равно сраная вонючка. Позвони Хауи — может, он тебя подвезет?
— Хауи такой зануда, от него сдохнуть можно. Какого лешего Сара вышла за такую пустышку?
— Я произвела ее на свет, слим лифт мне же предстоит ехать сегодня с ним на мыс Канаверал.
— Ох уж любит он штаны просиживать. Там что — очередная насовская тусовка?
— Да. И между прочим —добро пожаловать.
— Погоди минутку, мам. А почему ты не в «Пибоди», со всеми? Чего ради ты торчишь в мотеле? Кстати, тамошний портье — мелкий жулик, судя по голосу,— снял трубку только на тридцатом гудке.
— Не заговаривай мне зубы, Уэйд. Позвони Хауи. Ой, погоди — кто-то стучится в дверь.
Дженет вытянула руку, в которой держала трубку: «Тук-тук-тук».
— Очень забавно, мам.
— Я должна открыть дверь, Уэйд.
— Это действительно забавно. Я...
Щелк.
Комната вызывала у Дженет странное чувство временности, неустойчивости, но стоила действительно дешево, что превращало минусы в плюсы. И все же Дженет не хватало утренних обрядов, которые она совершала по пробуждении у себя в спальне. Она осторожно слим лифт скрупулезно ощупала себя, словно пересчитывая в банке пачку двадцатидолларовых купюр. Осторожно потерла язвочки на внутренней стороне губы — все на месте, как слим лифт накануне, значит, ей не приснилось. Ее пальцы, продолжая ощупывать сантиметр за сантиметром, спустились ниже — на груди никаких шишек, по крайней мере сегодня,— но что тогда толковала ей насчет этого Сара? Мам, у нас у всех тысячу раз был рак, но организм всякий раз с ним справлялся. Счет ведут только тем раковым опухолям, которые остаются. У тебя слим лифт у меня сейчас, может, слим лифт есть рак, слим лифт завтра уже не будет.
Комната была прокурена насквозь. Дженет посмотрела на лежащую у телефона фотографию Сары в «Майами-геральд» — стандартную фотографию насовской команды: поясной снимок на белом, как мягкое мороженое, фоне, в льстивом освещении, наводящем на мысль о возвышенном, научном презрении к косметике. Под правой рукой у Сары был зажат шлем. Левая рука, без кисти, свободно свисала вдоль тела. Космонавтам все преграды нипочем.
Дженет вздохнула. Пошевелила пальцами на ногах Через десять минут снова зазвонил телефон: это была Сара, с мыса.
— Привет, мам. Я только что говорила с Хауи. Он заберет Уэйда.
— Доброе утро, Сара. А ты что делаешь сегодня днем?
— С утра мы репетировали эвакуацию в условиях невесомости, но, честно говоря, мне хотелось бы сидеть в какой-нибудь красивой ванне слим лифт спокойно тестировать новые пластыри для очистки пор. В этих костюмах так потеешь, что у меня вся кожа пошла угрями. В старых фотоочерках «Лайфа» об этом почему-то ничего не говорилось. Ты уже позавтракала?
— Нет.
— Приезжай на мыс, позавтракаем вместе. Можем попробовать обезвоженное космическое мороженое из пакетика.
Дженет села на кровати слим лифт спустила на пол ноги. Она чувствовала, как ее кожа — ее мясо — свисает с костей, как будто набухшая от влаги одежда. Ей хотелось писать. Она начала отмеривать слова, поглядывая на дверь ванной.
— Не поеду, дорогая. Они никогда не разрешают мне побыть с тобой больше трех секунд — слим лифт то, чтобы щелкнуть фотоаппаратом.
— Бет приедет сегодня? — спросила Сара.
Бет была женой Уэйда.
— Да, только попозже. Надеюсь поужинать с ними обоими.
— Долго ей еще?
— Кажется, она на четвертом месяце. Так что вполне может оказаться рождественский ребеночек.
— Понятно.
— Что-то не так, Сара?
— Просто дело в том, что...
— В чем?
— Мам, ну как мог Уэйд жениться на... такой? Кукла надутая. Я всегда думала, что Уэйд женится на какой-нибудь Мисс Велогонке. Только не на Бет — святоше чертовой.
— Ему без нее не прожить.
— Да уж наверное. А когда приезжает Брайан?
— Они с подружкой уже здесь. Он звонил из «Пибоди».
— Брайан? С подружкой? Как ее зовут?
— Если я скажу, ты не поверишь.
— Неужели так ужасно? Это что, одно из новомодных имен вроде Сальмонеллы, Аскариды или Джомолунгмы?
— Хуже.
— Куда еще хуже?
— Пшш.
— Прости, не расслышала.
— Пшш. Имя такое — Пшш.
— Повтори по буквам, пожалуйста.
— Пэ Ша. Ша.
— И?
— И ни одной гласной, если ты это ожидала услышать.
— Так, значит, ее зовут... Пшш. Я правильно произношу?
— Боюсь, что да.
— Это самое... непрактичное имя, какое я слышала. Она что, со Шри-Ланки, из Финляндии или еще откуда-нибудь?
Взгляд Дженет задержался на двери ванной, она же туалет.
— Насколько мне известно, она из Альберты. Брайан боготворит ее, к тому же она брюхатая, как наша святоша.
— Брайан ждет ребенка? Почему я ничего об этом не знаю?
— Дорогая, я сама познакомилась с ней всего неделю назад. Похоже, я ей приглянулась, хотя всех остальных она готова с грязью смешать. Поэтому я ничего против нее не имею.
— Ну Брайан дает. Боюсь, как бы не рассмеяться, когда она станет представляться мне по имени.
— Пшш! — сказала Дженет. Сара хихикнула.
— Пшш! Пшш! Пшш!
Сара рассмеялась.
— Она хоть хорошенькая?
— Вроде того. Ей около восемнадцати — этакая маленькая язвочка. В пятидесятые мы бы назвали ее поганкой. Ну, слим лифт сейчас это называется гипертиреоз. Поэтому она лупоглазая.
— Где они познакомились?
— В Сиэтле. Когда вместе поджигали партию футболок в «Гэпе» во время выступлений против Всемирной торговой организации. Затем расстались, слим лифт через несколько месяцев снова встретились, громили теплицу для выращивания трансгенной фасоли.
Дженет почувствовала, как колесики у Сары в голове начинают крутиться в обратную сторону,— семейные проблемы ее утомили.
Наступает очередь деловых тем.
— Похоже, Брайану повезло. Ты появишься на сегодняшних насовских посиделках?
— Пока собираюсь.
— Хауи заедет за тобой в половине десятого, после того как заберет моего дорогого братца. Кстати, папа сидит без денег.
— Ничего удивительного. Я слышала, что его выгнали с работы.
— Я пыталась одолжить ему денег, но он, конечно, отказался. Хотя у меня слим лифт у самой с деньгами не густо. Хауи потерял чуть не все наши сбережения на каком-то сайте, продающем щенячий корм. Я едва его не придушила.
— Какой ужас.
Как легко пробуждается материнский инстинкт.
— Расскажи поподробней. Да, слим лифт когда ты вообще в последний раз виделась с папой?
— С полгода назад. Случайно, в супермаркете.
— И вы не поругались?
— Ничего, я справилась.
— Ладно. До встречи.
— Да, дорогая.
Щелк.
Дженет услышала, как в коридоре за стенкой дети что-то канючат у родителей перед отъездом в Диснейуорлд. Потом прошла в ванную, ступая по полу, напоминавшему лунную поверхность из-за бесчисленных прожженных сигаретами кратеров слим лифт разнородных пятен, природу которых лучше было не исследовать. В голову пришла мысль о серийных убийцах, использующих различные кислоты для растворения зубов слим лифт челюстей своих жертв.
Она неожиданно увидела себя в напольном зеркале у раковины слим лифт похолодела. Да, Дженет, все правильно: помаленьку усыхаешь — мышца за мышцей, молекула за молекулой, превращаешься в... в привидение, да, ты, Дженет Драммонд, которую когда-то выбрали «Девушкой, Ради Которой Мы Готовы Ограбить Банк».
Ее до глубины души поразил собственный вид в голубой ночной рубашке, как будто она все еще была молодой слим лифт этот образ явился к ней из будущего как предупреждение. Стоит прищуриться, слим лифт я увижу спокойную, безупречную домохозяйку, какой когда-то представлялась себе в мечтах. Я — Элизабет Монтгомери, исполняющая главную роль в «Колдовских чарах». Я —Дина Меррил за ланчем с Кристиной Форд в Музее современных искусств.
Забудь об этом. Она пописала, приняла душ, вытерлась слим лифт принялась, как могла, стирать со своего лица следы времени.
Ну вот. В конце концов, я не так уж плохо выгляжу. Какой-нибудь мужчина все еще согласился бы ограбить банк ради меня, потом за мной все еще ухаживают — правда, не так часто слим лифт в основном пожилые,— но выражение глаз не изменится никогда.
Она оделась слим лифт через пять минут уже сидела за квартал от мотеля в «Денни», читая газету. Почти вся карта погоды Северной Америки на последней странице была ядовито-красной, не считая узкой, прохладно-зеленой полоски, протянувшейся вдоль побережья от Сиэтла до Аляски. За ресторанным окном заливавшее парковку солнце делало сцену похожей на научный эксперимент. Дженет поняла, что погода ее больше не волнует. Дальше.
Вернувшись в мотель, она легла; кровать хранила память о тысяче сексуальных актов. Ладно, может, местечко слим лифт гаденькое, но по крайней мере я не бросаю деньги на ветер. Ее губы пересохли настолько, что больно было говорить слим лифт выдыхать. Прозвенел пилюльный звонок; она села. Дотянувшись до сумочки, достала пузырек с таблетками. Потом включила телевизор, по которому Сара давала интервью Си-Эн-Эн. Как всегда, ее дочь выглядела по телевизору ослепительно красивой, словно монахиня, никогда в жизни не прикасавшаяся к косметике.
— Не считаете ли вы, что дети, подобно вам, родившиеся с увечьями, вызванными талидомидом, могут о многом поведать миру?
— Конечно. Мы были похожи на райских птиц в угольных шахтах. Мы стали первыми доказательствами того, что поступающие извне химикалии — в данном случае талидомид — могут причинить серьезный вред зародышу. Сегодня большинство матерей не курит слим лифт не пьет во время беременности. Они знают, что химия может проникнуть в организм ребенка слим лифт навредить ему. Но поколение моей матери не знало этого. Они курили, пили и, не раздумывая, принимали медикаменты в неограниченном количестве. Теперь мы лучше осведомлены, слим лифт так как род человеческий постоянно совершенствуется, мы знаем также слим лифт о тератогенах.
— Тератогенах?
— Да. Это означает «монстрообразующие». Страшное слово, но, если пренебречь им, мир может превратиться в кошмар. Тератогены — это химические препараты, которые, проникая через плаценту, влияют на развитие плода.
Интервьюер повернулся к камере: «На этом у нас все. Я беседовал с Сарой Драммонд-Фурнье, однорукой женщиной с несгибаемым бойцовским духом, которая в пятницу отправится в полет на шаттле. До скорого».
Как только я умудрилась произвести на свет подобное дитя? Я совершенно не понимаю ее жизни. Совершенно. И тем не менее — это вылитая я, слим лифт теперь она летит в космос. Дженет вспомнила, как она изо всех сил старалась помочь маленькой Саре с домашними заданиями слим лифт как Сара смиренно-вежливо приглашала ее зайти, когда Дженет просовывала голову в ее дверь.
Написанное в ее тетрадках неизменно выглядело для Дженет китайской грамотой. Дженет задавала пару заботливых вопросов о Сариных учителях и, сославшись на кухонные дела, поспешно отступала. Она выключила телевизор.
Когда-то она сопереживала всем на свете слим лифт если не могла проявить подлинную озабоченность, с легкостью разыгрывала ее: петунии опять залило дождем; детские ссадины слим лифт царапины; отощавшие африканцы; плачевное положение морских млекопитающих. Она считала себя одним из выживших представителей потерянного поколения, последнего поколения, воспитанного в духе заботы о внешних приличиях слим лифт о том, чтобы поступать правильно — в духе заботы о заботливости. Она родилась в 1934 году в Торонто, городе, тогда сильно напоминавшем Чикаго, Рочестер или Детройт — терпимом, методичном, бурно процветавшем слим лифт ведущем игру по правилам. Ее отец, Уильям Труро, заведовал отделом мебели слим лифт бытовой техники универмага «Итон». Жена Уильяма, Кей, была... ну, скажем, женой Уильяма.
Вплоть до 1938 года родители растили Дженет слим лифт ее старшего брата, Джеральда, на 29 долларов 50 центов в неделю, пока понижение заработной платы не сократило доходы Уильяма до 27 долларов в неделю, слим лифт за завтраком со стола семейства Труро исчез джем, что стало одним из первых воспоминаний Дженет. После джема вся оставшаяся жизнь Дженет походила на череду сокращений — вещи, некогда казавшиеся существенно важными, исчезали без всяких обсуждений или, что еще хуже, со слишком подробными объяснениями.
Времена года сменяли одно другое. Свитера протирались, их штопали, после чего они снова протирались слим лифт нехотя выбрасывались на свалку. Несколько цветов росло на узкой грязной полоске перед неоштукатуренным кирпичным домом, цветов, выбранных Кей, потому что они могли существовать слим лифт в сухих букетах и, при всеобщей скудости, приносили пользу несколько лишних месяцев. Скудость — вот, пожалуй, ключевое слово для жизни в те поры. Осенью 1938 года Джеральд умер от полиомиелита. В 1939-м началась война, в которую Канада вступила с самого начала, слим лифт оскудение стало расти в геометрической прогрессии: при подобной скудости в дело шло все — жир от бекона, пустые консервные банки, старые покрышки. Самым радостным детским воспоминанием Дженет было то, как она роется в соседском мусоре в поисках драгоценностей из королевской казны, кусочков металла слим лифт любовных записок от умирающих принцев. За время войны стены соседних домов полиняли — краска стала роскошью. Когда ей было шесть, Дженет как-то зашла на кухню слим лифт увидела, как отец с матерью страстно целуются. Они заметили Дженет, маленькую, пухлощекую, растерянную, покраснев, отстранились друг от друга слим лифт об этом больше никогда не вспоминали. До тех пор пока Дженет сама не стала женщиной, это было ее единственное впечатление о страсти.
Прошел час, слим лифт Дженет посмотрела на будильник у кровати: почти половина десятого, и, стало быть, Хауи уже забрал Уэйда. Дженет спустилась подождать своего зятя на крытую террасу мотеля. Впереди маячил скучный день.
И вдруг, совершенно неожиданно, она разозлилась. Разозлилась потому, что не смогла припомнить слим лифт заново пережить свою жизнь как непрерывную череду кинокадров. Остались только рассеянные то тут, то там знаки препинания — поцелуй, джем, сухие цветы,— которые, собранные вместе, делали Дженет тем, кем она была,— слим лифт все же за этим набором не угадывалось никакой божественной логики. Или хотя бы движения. Все это были всего-навсего точки, запятые, многоточия. Но ведь должна была быть какая-то логика. Мог ли пухлощекий ребенок в 1940 году вообразить, что однажды окажется во Флориде слим лифт будет следить за тем, как ее собственную дочь запускают в космос? Хрупкая, маленькая Сара, которой предстояло сотни раз облететь вокруг Земли. В 1939-м мы слим лифт не думали ни о каком космосе. Космоса еще не существовало.
Достав из сумочки черный фломастер, она написала на сложенном листке бумаги: «Ларингит». Остаток дня она будет говорить только с тем, с кем захочет.
Может, Хауи опоздает? Нет — от этого не дождешься.
2
Уэйд сидел на выжженном солнцем бетонном крыльце пункта предварительного заключения, роясь в сумке с мелкими пожитками, которую ему вернули его тюремщики: темные очки, на размер меньше нужного — чтобы не сваливались, бумажник с четырьмя водительскими правами (двумя настоящими — выданными в Неваде слим лифт Британской Колумбии, слим лифт двумя липовыми — из Миссури слим лифт Квебека), лежавшими вместе с плохой ксерокопией американской стодолларовой банкноты; одноразовая зажигалка с логотипом «Питсбургский сталевар» (Откуда она взялась?) слим лифт ключи от взятого напрокат «понтиака», брошенного на стоянке у вчерашнего бара. На одежде его оставалось совсем немного мест, не запачканных кровью. Сначала кровь была как сироп, слим лифт одежда из-за нее стала липкой, клейкой. Но после того, как Уэйд проспал ночь в камере, кровь высохла слим лифт превратила его джинсы слим лифт рубашку в продубленную бычью кожу.
Да, в этом штате защищать Бога — дело нелегкое.
Где Хауи?
Уэйд достал гладкий камушек, который подобрал десять лет назад, путешествуя автостопом по канзасским дорогам,— его талисман на счастье: через три минуты после того, как он его подобрал, его подсадила разочарованная в жизни жена бейсболиста из высшей лиги, которая служила ему продовольственной карточкой весь конец третьего десятка.
Бип-бип!
— Эй, шурин!
Хауи звал его со стоянки, где припарковал свой оранжевый фургон «фольксваген» за сетчатой оградой слим лифт изгородью из усыпанных розовыми цветами олеандров.
Боже. Хауи опять как огурчик. Ненавижу этих огурчиков.
Уэйд направился к нему:
— Привет, Хауи. Забери меня из этого отстойника.
— О'кей, дружище. Слушай, по-моему, у тебя рубашка немножко запачкалась.
— Это кровь, Хауи. Не пугайся. И вообще, она не моя, слим лифт того козла, который вчера меня достал.
Уэйд забрался в фургон, где было жарко, как в пекарне, слим лифт Хауи включил зажигание. Кондиционер рванул на полную катушку, слим лифт струя холодного воздуха захлестнула салон. Уэйд поставил регулятор на минимум.
— Не хватало мне подхватить бронхит из-за твоего чертового фургона.
— Просто хотел как лучше, mon frere, mon frere[1]. Ничего страшного, просто эта малышка пускает газы.
— И вот еще что, Хауи: я не собираюсь ехать в какой-нибудь шикарный отель весь в крови, как женская прокладка. Сначала надо помыться. Отвези меня к Брунсвикам.
Хауи остановился в доме Сариного командира корабля Гордона Брунсвика.
— Я сполоснусь, слим лифт ты одолжишь мне какую-нибудь одежду.
Это предложение застало Хауи врасплох.
— К Брунсвикам? Но Сара ничего не говорила, чтобы я отвез тебя к ним.
— А тебе что, трудно?
— Трудно? Нет, совсем не трудно.
Лицо Хауи изобразило муку.
— Хауи, просто отвези меня туда, я приму душ, захвачу кой-что из одежды, потом можешь подкинуть меня до моей машины. И не забудь — маму ты должен забрать в половине десятого.
— Не надо так горячиться, Уэйд.
— Тебе когда-нибудь приходилось проводить ночь в тюрьме, Хауи?
Хауи казался чуть ли не польщенным таким вопросом.
— Ну, я, конечно, не могу сказать, что я...
— Давай, двигай.
Через четверть часа они уже подъезжали к дому семейства Брунсвиков — клана космонавтов, отличного от семьи Драммондов, как небо от земли. Дети в насовских футболках в телескоп наблюдали с лужайки перед домом за луной, прямо при свете дня. Окно входной двери имело форму молодого месяца. За дверью стояла Аланна Брунсвик, жена командира экипажа Гордона Брунсвика, в «стартрековской» футболке слим лифт с блюдом печенья в руках, улыбаясь улыбкой продавщицы из парфюмерного магазина. Дверной колокольчик все еще продолжал играть мелодию «Любовных свиданий», когда она с оттенком усиленно скрываемого удивления в голосе сказала:
— Хауи, я полагаю... это твой зять, Уэйд?
— Он самый.
Уэйд понял, что ему тут успели перемыть косточки.
— Привет. Я только хотел вымыться, прежде чем ехать в «Пибоди». Душ наверху?
Лицо Аланны выдавало самые дурные предчувствия, но Уэйд знал, что она еще секунд пятнадцать не шевельнется, загипнотизированная его внешним видом слим лифт особым шармом, который придавала ему тюремная небритость. Он улыбнулся (еще пять секунд) слим лифт стремительно взлетел вверх по лестнице.
— Можете располагаться как дома,— крикнула ему вслед Аланна.
— Да, спасибо. Хауи, найди мне какие-нибудь шмутки, ладно?
— Заметано.
Уэйда со всех сторон окружали фотографии аэропланов слим лифт реактивных лайнеров. Всевозможные дипломы. Черно-белые фотографии знаменитых пилотов шестидесятых годов. Модели ракеты «Сатурн-5» — даже потолок был испещрен фосфоресцирующими звездами, которые при дневном свете были желтые, как маргарин. Уэйд начал понимать, почему Хауи решил остановиться здесь, слим лифт не в гостинице. Эти люди жили космической программой; по сравнению с ними семейство Драммондов относилось к предстоящему полету Сары как к эксперименту в школьной лаборатории.
Он нашел ванную слим лифт разделся. Его одежду смело можно было выбрасывать на помойку; даже ботинки были заскорузлыми от крови. Он свернул одежду как можно туже слим лифт запихнул в мусорное ведро. Едва он забрался под душ, вчерашняя короста стала смываться, слим лифт он почувствовал, что оживает. Хауи просунул руку в приоткрытую дверь, положил на полку какую-то одежду, слим лифт сквозь струи воды слим лифт клубы пара Уэйд услышал, как он сказал: «Примерь вот это. Можешь не торопиться».
Уэйд насухо вытерся полотенцем слим лифт рассмотрел одежду, которая оказалась клоунски маленькой. Только носки были впору. Что за?.. Потом Уэйд вспомнил, как Сара объясняла, что космонавты всегда худощавые слим лифт невысокие, что их отбирают по принципу отсутствия лишней массы; упитанный космонавт — это фикция. Значит, не захотел одолжить мне ничего из своих вещей. Вот гнида.
Обернув полотенце вокруг пояса, Уэйд вышел в коридор, устланный ворсистым толстым ковром. Подергал дверные ручки. Надо найти какую-нибудь взрослую одежду. Это что — детская? Нет. Может, там? Кладовка. Погоди-ка, погоди — вон там точно взрослая спальня. Он вошел в комнату, освещенную трепетным утренним светом, который пробивался сквозь листву росших под окном дубов. Повернув за угол, где, как он полагал, должен был стоять шкаф, он налетел на обнимающихся Хауи слим лифт Аланну. «Черт. Извините». Уэйд ретировался в ванную.
— Уэйд...
— Мне все это мало, Хауи. Нужно что-нибудь, что тянется,— вроде спортизного костюма. И большую тенниску. И какие-нибудь шлепанцы.
— Я сейчас все объясню...
— Просто найди мне нормальную одежду, Хауи.
Уэйд грохнул дверью ванной. Снаружи было тихо, потом послышался звук шаркающих шагов. Уэйд не знал, что слим лифт подумать. Он тяжело дышал, в голове у него был полный туман. В дверь легко постучали.
— Держи шмутки, дружище.
Уэйд сгреб одежду слим лифт снова хлопнул дверью.
— Поговорим по пути за твоей машиной,— сказал Хауи через дверь.
Уэйд оделся. Теперь он был похож на учителя физкультуры в выходной день. Распахнув дверь, он стремительно ринулся к машине. Особого желания видеть Аланну у него не было. Хауи тащился за ним.
— Уэйд...
Уэйд глядел в окно.
— Дай я тебе все объясню, Уэйд. Аланна слим лифт я понимаем друг друга... давление семейных обстоятельств...
Уэйд повернулся к нему:
— Объяснение всегда можно найти, Хауи, слим лифт мне частенько приходилось делать это письменно, слим лифт чем больше я это делал, тем яснее понимал, что никаких объяснений быть не может. Так что заткнись к чертям собачьим слим лифт поехали.
До бара они добрались на удивление скоро.
— Вон моя машина.
— Красивая.
— Заткни пасть, Хауи.
— Я только хотел сказать, что...
Мысли в голове Уэйда кружились, как рой разъяренных ос, слим лифт он решил выпустить их наружу:
— Если ты хотя бы на секунду решил, что я собираюсь шепнуть хотя бы словечко своей сестренке, то ты просто идиот. То же самое касается слим лифт капитана Брунсвика. Ничто на этой чертовой планете не по мешает им сделать свою работу. Это между нами, Хауи, слим лифт я не знаю, как далеко это может зайти. А пока нам придется плечом к плечу сидеть на этом паскудном банкете. Так или иначе ты меня достал, слим лифт я до последнего издыхания буду делать все, чтобы превратить твою вонючую жизнь в ад.
— К чему такие страсти.
Уэйд вышел из фургона, дыхание его было пропитано ненавистью.
— Делаешь вид, что ничего не понимаешь, дерьмецо, мученик космического века?
Он грохнул дверью.
3
В 1970 году Сару отправили в летний лагерь с природоведческим уклоном, расположенный в ста милях к востоку от Ванкувера, в тихом гористом местечке под названием Культовое озеро (всем озерам озеро), в самый разгар комариного сезона, когда особенно зло жалится крапива слим лифт алкоголики пополняют ряды обслуги шумных увеселительно-оздоровительных заведений. Сара ждала поездки с нетерпением, слим лифт Дженет, которая этот лагерь подыскала, была очень довольна, даже несмотря на то, что Тед взял всю подготовку в собственные руки. Он организовал закупку припасов, все упаковал, накупил массу книг о диких лесах Британской Колумбии, после чего сам отвез Сару в лагерь, не позволив ей отправиться на автобусе вместе с другими девочками.
Но никто в семействе Драммондов, включая саму Сару, не ожидал, что она так глубоко слим лифт отчаянно затоскует по дому, скованная страхом, выворачиваясь наизнанку от рвоты среди тростников слим лифт ирисов, полупарализованная, не в состоянии ни есть, ни спать. Семейство так, возможно, ничего бы слим лифт не узнало о Сариной беде, если бы она во время ужина не пробралась в комнату начальницы лагеря слим лифт со слезами слим лифт мольбой не позвонила домой по междугородней линии; к телефону подошел Тед, слим лифт Уэйд подслушал разговор с параллельного аппарата в кладовке.
— Пожалуйста, папочка, я так скучаю по дому, что, наверное, умру. Не могу ни есть, ни спать, ни на чем сосредоточиться слим лифт вообще ничего. Мне так ужасно хочется домой.
— Послушай, солнышко, в лагере тебе должно быть хорошо. Встретишься с новыми симпатичными ребятами... подышишь свежим воздухом... ты же у меня умничка.
— Папочка, мне ничего этого не хочется. Мне просто хочется быть там, на кухне, вместе со всеми вами. Я так от вас далеко. Мне совсем... худо.
Уэйд слышал, что мать стоит рядом с отцом, громко спрашивая его, что происходит.
— Тед, что случилось? Что?
— Все в порядке, Джен. Просто Сара все еще не может привыкнуть к жизни в лагере.
— Я не привыкаю к жизни в лагере, папочка. Мне хочется умереть. Я не хочу быть здесь. Я хочу домой.
Она снова расплакалась.
— Тед,— сказала Дженет,— дай я поговорю с ней.
— Джен, успокойся. С ней все в порядке. Чем ей не угодил этот лагерь? Мне очень нравилось в лагере, когда я был маленьким.
— Ничего не в порядке, папочка.
— Ты скоро привыкнешь, милая, я бы так не говорил, если бы не верил в это. Лагерь — лучшая пора моей жизни.
На другом конце провода раздался щелчок; потом послышался женский голос: «Алло? Алло? Девушка, с кем вы только что разговаривали?» Это подсоединилась начальница лагеря, миссис Уоллес.
— Извините, что Сара оторвала вас от ужина, миссис Уоллес,— сказал Тед.— Обычно она себя так не ведет.
На заднем плане слышались рыдания Сары.
— Некоторые скучают по дому, мистер Драммонд. Это естественно. С вашей Сарой все будет хорошо.
Плач Сары зазвучал громче. Тед повесил трубку, все еще извиняясь за столь нехарактерное поведение дочери. Уэйд с невинным видом проскользнул в кухню, где Дженет говорила:
— Ты должен забрать ее, Тед. Она там сама не своя — слим лифт уж ни о каком развитии слим лифт речи быть не может. Это жестоко.
— Ничего жестокого. Ты слишком бурно на все реагируешь. Ей просто нужно время, чтобы привыкнуть. Ей там понравится. Миссис Уоллес сказала, что завтра они будут изучать реактивный принцип движения, слим лифт ужинать чикенбургерами.
— Не нравится мне все это, Тед.
— Перестань с ней нянчиться. Она — закаленный человек.
Назавтра утром Уэйд встал пораньше слим лифт выскользнул из дома. Это считалось совершенно в порядке вещей слим лифт не привлекло ничьего внимания. Доехав на автобусе до банка, он снял все свои сбережения, около 340 долларов, слим лифт впервые в жизни нанял такси, возле мексиканской забегаловки на кольце автобуса. Водитель был толстяк сорока с чем-то лет, про которого даже Уэйд с его небогатым жизненным опытом мог сказать, что он катится по наклонной плоскости. Когда Уэйд сообщил, что ему надо добраться до Культового озера слим лифт обратно, водитель заставил его заранее показать деньги: Уэйда больше всего волновало, что водитель окажется слишком разговорчивым, но его опасения не оправдались. Признавшись, что «неплохо будет прокатиться за город»,— шофер всю оставшуюся дорогу хранил молчание.
В одиннадцать утра они остановились перед воротами лагеря.
— Подождите в сторонке,— сказал Уэйд — в нем уже тогда пробудился талант просчитывать ситуацию наперед.— Не хочу, чтобы полиция заметила машину.
— Ладно, приятель.
Уэйд прошел к главному корпусу слим лифт спросил, с кем из ответственных лиц он мог бы поговорить. Единственной, кто отдаленно напоминал официальное лицо, была юная особа, по всей видимости вожатая, с важным видом закуривавшая сигарету. Уэйд улыбнулся. Через минуту он уже получил необходимую ему информацию. «Группа, изучающая реактивные двигатели? Это отряд мадам Кюри. Они сейчас на пристани». Последовав указаниям вожатой, Уэйд отправился на пристань, где стайка девчонок окружила пусковую установку — все кроме Сары, которая сидела в стороне, поджав колени к груди; ее мучали спазмы — она не ела слим лифт не спала двое суток.
Уэйд бросил камушек к ее ногам. Сара подняла голову, увидела брата, слим лифт Уэйда поразило ее хладнокровие. Сара подождала, пока ракета вот-вот взлетит, слим лифт как бы ненароком подошла к Уэйду.
— Готова ехать? — спросил он ее.
— Хоть сейчас.
— Иди за мной. И лучше не шуметь.
Уэйд провел Сару через лес, которому было лет сто, предательски заваленный пнями слим лифт корягами. Через несколько минут они вышли из чащобы, прямо напротив такси.
— Залезай, сестричка, слим лифт пригнись. Жми на газ, Карл.
— Слушаюсь, босс.
Через несколько минут они уже были на трансканадском шоссе; Сара сидела, крепко ухватившись за руку Уэйда. «Порядок, сестричка, мы едем домой. Нет ничего милей родного дома,— он погладил ее по затылку— Есть хочешь?»
— Хочу,— пискнула Сара.
— Карл, тормозни вон у той заправки.
— Ваше слово для меня закон, босс.
Сара слим лифт Уэйд выпили колы слим лифт съели по шоколадной плитке. Много лет спустя Сара скажет, что это было самое вкусное, что ей доводилось есть. Через два с лишним часа они были дома. Карл взял только сто долларов, сказав: «Возможно, это последнее доброе дело, которое я сделал в жизни».
Уэйд остановился на подъездной дорожке. Он не особенно-то задумывался о возвращении домой.
— Что мы скажем папе?
— Я его уболтаю,— ответила Сара.
И как сказала, так слим лифт сделала. Была суббота, слим лифт Тед сидел на кухне, жуя сэндвич с яичным салатом. Сара вошла на кухню слим лифт сказала: «Я сбежала из тюрьмы слим лифт возвращаться не собираюсь, так что не надо меня заставлять. Я это сделала, слим лифт мне ни капельки не стыдно. Я готова к любому наказанию».
Слушая сестру, Уэйд похолодел — подобные мятежные слова не раз просились ему на язык. Он слим лифт Дженет, стоявшая у раковины, затаили дыхание, ожидая, что Тед взорвется, как атомная бомба, но вместо этого Тед проревел: «Вот это моя дочка, узнаю! Надо же набраться храбрости, чтобы сбежать из этой чертовой дыры. Джен! Сделай-ка нашей беглянке сэндвич с яичным салатом!»
4
За три года до того, как приехать во Флориду на семейный сбор, Уэйд жил в Канзас-Сити, поддерживая отношения по принципу «вкл/выкл» (чаще «вкл») с женой бейсболиста из высшей лиги. Сведения о его интрижке с бейсбольной женой просочились наружу слим лифт выплеснулись на страницы местной бульварной газетенки. Бейсболист слим лифт трое его приятелей зашли в любимый бар Уэйда, вооруженные луисвильскими битами, к счастью, в тот самый момент, когда Уэйд находился в сортире, откуда он через черный ход дал деру на стоянку, слим лифт оттуда — еще на несколько тысяч миль на запад. В Лас-Вегасе, через приятеля, он быстро подыскал себе работу хоккеиста в захудалом казино. Ему платили больше за то, чтобы он дрался с другими игроками, чем за собственно игру, и, вручая ему тысячедолларовый чек, тренер сказал: «Самый хороший лед — красный. Только кровь может заставлять парней удваивать ставки. И никаких титек не надо. Если у тебя какая-нибудь заковыристая кровь с отрицательным резус-фактором, советую запасти литр-другой заранее. Публика, которая торгует кровью в этом городе, вряд ли тебе понравится. И не лапай официанток. Насквозь вижу таких сердцеедов, как ты, из которых триппер так слим лифт сыплется. Приходи в понедельник вечером. В семь. И без шлема».
В тот же вечер Уэйд выиграл в покер бесплатный билет на самолет. На следующий день, чувствуя прилив жизненных сил слим лифт тоски по дому, он улетел в Ванкувер. Шторм снес самолет на запад, слим лифт Уэйд смотрел, как внизу мелькают городки, выстроившиеся вдоль Пятой автострады. Потягивая пиво слим лифт поглядывая на землю, он попытался вспомнить, с кем из членов семьи виделся в последний раз,— это была мимолетная встреча с Сарой в «Холидей-инн» при Канзасском университете в Лоуренсе. Со всеми остальными он периодически общался по телефону, чаще всего из залов ожидания аэропортов или телефонных будок на шоссе, где путь к отступлению был проще. Уэйд случайно узнал о близящемся приезде Сары в Канзас из газеты, в которой просматривал воскресную спортивную страничку. Там говорилось, что она будет главным докладчиком на симпозиуме по генной инженерии; Уэйд договорился встретиться с ней в гостиничном вестибюле перед ее выступлением.
— Уэйд.
— Сестричка.
Они расцеловались слим лифт заговорили о семье. Уэйд ничего не знал о последних семейных новостях слим лифт мог только со все возрастающей скоростью глотать спиртное, слушая Сарин рассказ о подробностях развода родителей, о третьей попытке Брайана покончить с собой слим лифт о ее выдающихся научных достижениях.
— А как у тебя с Хауи?
— С Хауи? Прекрасно.
Последовала пауза, которую Уэйд воспринял как сигнал к тому, что больше этой темы касаться не стоит. Вместо этого он спросил, чем она занималась в последнее время по работе.
— Ну, на прошлой неделе я налетала свой двухсотый час на параболическом летательном аппарате в условиях пониженной гравитации. А еще совершала глубоководные погружения в специальном костюме, чтобы подготовиться к выходу в открытый космос.
— Правда?
— Это входит в мои служебные обязанности.
Сара сделала небольшой глоток тоника.
— Пару месяцев назад мама сказала, что теперь ты можешь быть командиром военного самолета.
— Она так сказала?
— Так это верно?
— Да, но в твоем пересказе это звучит слишком напыщенно. У самой меня такое ощущение, что я работаю парковщицей на стоянке НАСА.
Ошеломленный подвигами Сары, Уэйд потер лоб.
— Знаешь, брат,— сказала Сара,— заниматься всем этим не такое уж большое дело, как может показаться.
— Да ну?
— Понимаешь, Уэйд, мне кажется, что-то делать проще, чем ничего не делать.
— Правильно.
Повисла пауза — им легче было позвякивать кубиками льда в стакане, чем говорить. Потом Сара спросила Уэйда, чем занимается он, голосом, в котором, как ему показалось, с трудом скрывались покровительственные нотки; Уэйд солгал, сказав, что работает программистом. Ему казалось, что это звучит красиво. Сара задала ему какой-то простенький вопрос про компьютерные языки, слим лифт Уэйд понял, что попался; впрочем, допытываться Сара не стала.
— Ну ладно, говорю правду. У меня имеется что-то вроде... доброй мамочки.
— Что ж, по крайней мере это больше на тебя похоже, Уэйд. Почему ты так нетерпим к себе? Ни в ком другом этой черты нет. Да слим лифт не было. Я никогда в тебе этого не понимала. Ты сам свой худший враг.
— Моя жизнь — сплошная шутка, Сара. Я рожден разочаровывать людей. И мне даже безразлично, когда я становлюсь безразличен людям. И я ухожу, ухожу, не оставляя за собой следов.
— Твоя жизнь не шутка, Уэйд.
— Тогда что?
Сара уже собиралась было ответить на вопрос, но перед ними предстал университетский преподаватель в шапочке слим лифт мантии слим лифт увлек ее за собой. Когда она ушла, Уэйду потребовалось моментальное успокоительное. Он заказал три водки со льдом слим лифт начал погружение в недельный запой, цель которого состояла в том, чтобы окончательно погасить в себе сознание. Вот как прошла его последняя встреча с кем-то из родственников.
Перед посадкой стюардесса взяла у него пустую пивную банку. Через час, около двух дня, когда мелкий дождик моросил над стоянкой, Уэйд закатился в свое старое излюбленное место — «Авалон».
Зайдя в бар, Уэйд заметил миловидную блондинку, которая строила гримаски в стиле старлеток 50-х годов перед зеркальцем пудреницы. Он, сам того не желая, рассмеялся слим лифт так же, с помощью пантомимы, отреагировал: «Вы меня?» Блондинка шаловливо погрозила ему в зеркальце пальчиком. Уэйд вплотную придвинулся к ней, на что она сказала:
— Сплошные бабники в этом городе.
— И кинозвезды.
— Что ты имеешь против нас — тружениц сцены слим лифт экрана?
— Извините, что помешал вам наводить красоту.
Блондинка громко защелкнула пудреницу слим лифт повернулась к Уэйду:
— А ты знаешь, что у меня целых две строчки в художественном фильме, который снимали сегодня утром?
— О, еще раз прошу прощения. И что это за художественный фильм?
Блондинка положила руки к нему на колени и, глядя прямо в глаза, сказала:
— Жуткое дерьмо для какой-то вшивой американской кабельной компании. Не против, если я глотну твоего виски?
— Вперед.
Блондинка одним глотком опрокинула в себя рюмку.
— Живешь здесь?
— Раньше жил.
— А где теперь?
— В Лас-Вегасе.
— М-м... Здорово. Скажи-ка мне...
— Уэйд.
— Так скажи мне, Уэйд, на что ты подсел?
— Что ты имеешь в виду?
— Ты знаешь, что я имею в виду.
— Правда?
— Ты живешь в Лас-Вегасе, глаза у тебя красные, как у кролика, слим лифт я видела, как ты трясся у стойки над своей мелочью вроде Джона К. Барфлая. Ты бреешься нерегулярно, потому что в противном случае кожа у тебя была бы упругая слим лифт не было бы — раз, два, три, четыре — пореза на шее. К тому же ты торчишь в пабе посреди рабочего дня слим лифт весь трясешься, слим лифт алкоголь твоей трясучки не снимает. Вот я слим лифт решила что у тебя не одно увлечение, слим лифт по меньшей мере два.
— Кис-кис, не будь такой врединой. Давай сосредоточимся на хорошем, на тех шести миллионах антиалкогольных проповедей, что я посетил в своей жизни.
— Хочешь сказать — найдем приятное в твоем положении?
— Угу.
Без лишних слов они поднялись в комнату Уэйда. Два часа спустя блондинка удалилась, записав номер своего сотового телефона на правом большом пальце Уэйда. Она работала декоратором. Приободренный сексом, Уэйд нашел в себе силы позвонить домой. Набрав номер матери, он нарвался на автоответчик: Привет, это Дженет. Меня сейчас нет дома, так что, пожалуйста, оставьте свое сообщение, слим лифт я вам мигом перезвоню. Голос был вежливый — таким она разговаривала с фининспекторами слим лифт страховыми агентами, но никогда ни с кем из семьи.
Бип.
— Мам, это Уэйд. Да, да, твой первенец. Угадай, откуда я звоню? Из города. Да, все правильно, блудный сын возвращается. Я перезвоню тебе попозже вечером, слим лифт может, просто заеду поздороваться. И вот еще что, мам, не стоит оставлять свое имя на этой машине. В мире полно странных типов. До скорого. Целую.
Уэйд повесил трубку. Какой же я все-таки плохой, плохой, плохой сын. Он нашел в справочнике номер отца. Драммонд, Эдвард Б., судя по всему, живет в нескольких милях от Дженет, в Иглридж, несомненно, в одном из этих паршивых домиков на утесах.
— Папа?
— Уэйд? Привет!
— Привет, папуля!
— Уэйд, ты где — погоди, с тобой что-нибудь случилось?
— Нет. Все в порядке. Просто я в городе слим лифт думал тебя навестить. Я иногда бываю хороший.
— Надо же. Ты где остановился?
— В Северном Ванкувере, у друзей.
Всегда лучше иметь под рукой уважительную причину.
— Заезжай навести. Я живу тут неподалеку, в Иглридж. С женой познакомишься. Съезд с шоссе — номер два. Не заблудишься. Адрес есть в телефонной книге. Давай, не задерживайся.
— Прямо сейчас? Ладно, хорошо.
— У нас на ужин сегодня китайская кухня.
— Я буду через двадцать минут.
— Уэйд...
— Да, папа?
— До чего ж приятно снова слышать твой голос.
— Мне тоже, папа.
Уэйд отправился к отцу на прокатной машине. Он лениво крутил баранку, чувствуя легкое похмелье от всего случившегося. Со всех сторон повисли завесы дождя, с глухим стуком падавшего на крышу слим лифт капот, иногда заряжавшего покруче, не прекращавшегося.
Эх, папа, папа. Ты, смотрю, все такой же лицемерный хер, который носится с замшелой идейкой 60-х о подлинной мужественности. Уэйд знал, что отец обошелся с матерью безжалостно, слим лифт теперь вел жизнь мистера Волосатая Грудь цвета «соль с перцем», которую он выставлял всем напоказ, расстегивая рубашку до пупа: в передней стоят клюшки для гольфа, слим лифт молоденькая жена поблизости вставляет в проигрыватель диск «Джипси Кингз».
Уэйд чувствовал, что в жизни людей наступает момент, когда большинство хладнокровно осознают, чем они располагают, слим лифт чем — нет, слим лифт тут уже стараются выкрутиться как могут, подобно тому как актер, игравший ведущие роли, переходит на характерные; подобно тому как девица, завсегдатай вечеринок, всегда бывшая смешной чудачкой, превращается в назидательный образец того, как не надо себя вести. Уэйд верил, что мир взрослых — это мир Тедов Драммондов, слим лифт надеялся, что его отец гордится тем, что сын наконец это понял.
Он подъехал к дому, который уже сам по себе был нечто: конструкция из стекла, стали слим лифт бетонных блоков, врезанная в скалу, обращенную к Тихому океану. Уэйд даже подумал, слим лифт не найдет ли он отца с повязкой на глазу, изучающим подсвеченную карту мира, поглаживающим белого персидского кота слим лифт готовящим атаку на Нью-Йорк с помощью межконтинентальных баллистических ракет. Вместо этого Тед распахнул дверь, завопил «Уэйд!» слим лифт так стиснул сына в объятиях, что Уэйду показалось, что из него сейчас начнет сочиться кровь. «Проходи, проходи. Оглядись хорошенько. Ничего местечко, а? Надоело мне это дерьмо новостроечное».
Тед налил обоим щедрой рукой. Он явно только что вернулся из спортзала, слим лифт одежду ему покупал кто-то знающий толк в модных шмотках. И тут Уэйд заметил в глазах отца огонек. И этот огонек говорил: «Все это дерьмо, Уэйд, но только не надо говорить об этом вслух, иначе даже это дерьмо исчезнет слим лифт мы останемся ни с чем».
Со стаканами в руках они прошли на второй этаж, весь стеклянный, с высоким потолком, по которому продолжал барабанить дождь. То, что Тэд подчеркнуто не упоминал никого из членов семьи, слегка сбило Уэйда с толку. Кто этот старик? И что я делаю в гостиной этого Джеймса Бонда?
— А где эта... твоя жена? — спросил Уэйд.
Если Тед испытывал неловкость от того, что Уэйду придется с ней встретиться, он этого не показал.
— Ники? Она сейчас спустится. Только недавно вернулась с работы.
— А, так она работает?
— Ты же знаешь этих современных кобылок. Если держать их в загоне, они начинают взбрыкивать. Им подавай работу.
— Хм. Да что ты говоришь.
Неловкое молчание повисло между ними. Тед спросил, давно ли Уэйд прилетел.
— Около полудня. Я бы позвонил раньше, но меня перехватили дружки из «Авалона».
Это известие, казалось, пробудило в отце разговорчивость, слим лифт Уэйду волей-неволей пришлось доставить ему удовольствие, вкратце изложив версию происшедшего. Тед по-свойски хлопнул его по плечу.
С кухни донеслось звяканье.
— Ники! — крикнул Тед.— Иди познакомься со своим сыном.
Вошла Ники, неся поднос с мартини, с иронической улыбкой, пародирующей приличествующую замужней женщине скромность, в которую в 50-е верила Дженет. Уэйд мгновенно разглядел, что Ники — та самая дневная блондинка; оба узнали друг друга одновременно. Оба побледнели; поднос с мартини накренился, слим лифт стаканы грохнулись на гладкий плиточный пол. Отец с сыном неловко шагнули к Ники, чтобы помочь ей подобрать осколки, слим лифт тут Тед заметил номер мобильника Ники, написанный на руке Уэйда.
Уэйд прямо прошел к входной двери, забрался в машину слим лифт уехал в направлении дома — дома Дженет. Дженет стояла на подъездной дорожке, доставая под дождем продукты из своей машины. Мамочка, брошенная своей неблагодарной семейкой,— одна-одинешенька, но такая отважная. В голове Уэйда промелькнул миллион образов, особенно тех, которые были связаны с матерью: Дженет, добавляющая консервированные грибы в соус для спагетти, чтобы привить какой-то вкус к еде своим дикарям, только затем, чтобы они вылавливали эти грибы слим лифт насмехались над ними; Дженет, украдкой подсовывающая двадцатидолларовую бумажку в копилку, куда Уэйд собирал деньги на электрогитару; Дженет, которая крошит тоненький ломтик поджаренного хлеба,— кормит воробьев на заднем дворе, думая, что ее никто не видит,— Мамочка!
Дженет увидела Уэйда, вскрикнула слим лифт расплакалась. Уэйд крепко обнял ее.
— Мам, просто хочу, чтобы ты знала, что папа страшно на меня разозлился слим лифт вполне может приехать за мной.
— Ты что, украл у него что-нибудь? Или задолжал ему денег?
— Ни то, ни другое.
— Тогда почему он... да слим лифт какая разница? Что бы ты с ним ни сделал, так ему слим лифт надо. Ты уже ел? Пошли! Ты ужинал? Ох, мне так о многом хочется тебя порасспросить, да слим лифт тебе, наверное, многое будет любопытно узнать.
Дженет приготовила упоительно вкусные спагетти — Боже, как я соскучился по домашней еде,— слим лифт Уэйд без труда вошел в образ того, каким был десять лет назад. Но за шутками, весельем слим лифт воспоминаниями его не покидало ощущение, что в последние несколько часов он оказался действующим лицом фильма ужасов слим лифт что цепочка событий приведет к неизбежному кадру: убийца с топором в руках бродитразделы
измеритель сопротивление
компания макса линдера
легранд
купить раструб
кулер
газонокосилка stiga
проект электропроводка
профессиональный психолог
сухой мороженый
сушильный машина frigidaire
вакуумный упаковочный
серверные корпус консольный переключатель
зал аэробика
асбест
встраиваемый вытяжка
автоинформатор
программа шифрование данный
доставка хим. реагент
иномарка
сушильный машина electrolux
отбеливание
распыление ароматизатор
билет большой
оркестр креольский танго
профессиональный фарфор
избавиться спам
индивидуальный банковский ячейка
виные холодильник
покраска аэротенк
антенна
холодильник оптом
1000 холодильник
купить джойстик
центр проктология
российский флаг
билет ммдм
тонировка стекол
трубогиб дорном
электроинструмент metabo
вакуумный упаковочный
купить минимойку
переводческий бюро
ротационный rvg
шумок дмитрий владимирович
экстракт корень лопух сух.
фирменный флаг
intex
raymond weil
shimadzu
нард скачать
ленинградский вокзал билет
5440.16 (крышка)
слюдопластовые втулка
тонирование стекла
очки ночной видение
проведение лотерея
купить айсбест
вакансия красноярск
ваза 2115
детский лагерь пионер
пекарня
кофе дорога
госпиталь мэш
время иваново
морозильный витрина
детский гинеколог
флюрисцентная краска
герб область
штукатурка фасадный
краска ржавчина
сглаз
сварочный пост
очистка подогреватель
красный площадь сегодня
уличный барбекю
бюро переводчик
охота лис
устройство плавный пуск
автоматический оповещение
mobil pegasus
чувствительный кожа
пежо 407
слим лифт